May 27th, 2019

日本—1

8.jpg

В этот раз я привезла в Японию космически тяжёлый мусор из московских событий, намереваясь скармливать их Годзилле (всем трём). Вообще у меня были одни планы, но в последний момент судьба закинула их в блендер и бросила в меня некоторыми нераздробленными частицами, с которыми я и оказалась, во-первых, в самолёте, во-вторых, на грани разочарования (насколько это вообще можно применить к ситуации, когда я еду в Японию), совершенно не представляя, что со всем этим делать. И вот, это могло бы стать отличным щитом, чтобы отразить те упрёки в инфантилизме, которые периодически сваливаются на меня от умудрённых не всегда нужным опытом идущих по дороге, вымощенной благими намерениями. Потому что сложилось оно очень верно. Да, охренительно, да, с приключениями, да, местами и сложно, и грустно, и всё на свете, но в первую очередь — очень правильно для меня.
Япония, как всегда, прекрасна до последнего камня, а я, местами даже вопреки собственным ожиданиям, становлюсь всё восприимчивее к этой красоте. Сегодня — особенное место, наверное, одно из моих самых-самых мест силы, за которое я очень благодарна одному человеку: мы нашли его вместе и почти случайно, и это был холодный осакский апрель, и небо было белее, а зелень — темнее и холоднее, а потом были долгие ночи, когда не можешь спать без музыки, и, кажется, даже сквозь неё слышишь, как они зовут. Поэтому — почти зайцем на синкансене до Осаки (никакого ущерба для JR, честно), опутать тугими потоками мыслей Акаси-Кайкё, а ещё я помню, как под гигантскими развязками полностью превращаешься в быструю и неритмичную пульсацию, и не чувствуешь под ногами гладкий асфальт, а через несколько дней — в ту же сторону, в тихий и аметистовый закат, бегом, и так же бегом — купить билет и вскочить в самый последний синкансен, пока сожаление не успело догнать.


Collapse )